Было такое предприятие – деревообрабатывающий комбинат

Для предприятия, которого уже нет, это звучит как минимум удивительно. Но ведь есть память, есть люди, и есть те самые беляши в столовой, которые, как говорят ветераны, стоили того, чтобы вставать в первую смену. В наше время слово «комбинат» звучит как что-то далекое и индустриальное. А раньше это было сродни дому родному. А выпускало предприятие окна и рамы, двери и другие изделия из дерева. Заказчиками же продукции являлись многие предприятия Советского Союза. Чего уж там, и сегодня продолжают действовать двери многих кабинетов административного здания в Уруссу. 
— Заказов было — хоть отбавляй. Север, Сибирь, десятки регионов — все ждали нашу продукцию. Цеха гудели в две смены, а профсоюзная организация оставалась надежным тылом работников. Да и художественная самодеятельность ни в чем не уступала другим аналогичным творческим коллективам. Жили и работали одной огромной трудовой семьей. Не помню, чтобы ссорились. У нас было одно хорошее чувство — чувство нужности родному коллективу. Мы были убеждены, что причастны к большому делу на благо страны, — говорит ветеран производства Расима Бастамовна Камалутдинова. 
Она пришла на ДОК уже опытным работником (до этого трудилась в ВНСМ, что в Московке), аккурат во времена руководства Ивана Васильевича Тарасова.
— Сами того не осознавая, впитывали в себя то время, которое и сегодня продолжает светить на жизненном пути, — продолжает она. — Не за зарплату даже работали, а на результат. Хотя, разумеется, и цену деньгам знали. 
Но самая забавная деталь, которую стоит знать читателю: наш Уруссу, как вы помните, не всегда был татарстанским. Территория некогда относилась к Башкирии, и когда государственные мужи внесли «уточнения» в разделы границ, некоторые предприятия остались в ведомстве соседней республики. Как тот же Техснаб, позже Октябрьская база, а ныне это территория промпарка «Уруссу». Вот такая география-биография. Расима-ханум работала в бухгалтерии ДОКа, бок о бок с Галиной Семеновной Жирновой. А коллектив, кстати, держался не только на отчетах, но и на... столовой. Хорошей рабочей столовой. Заслуженным признанием коллектива пользовалась буфетчица Таслима Бадыкова. Говорят, очередь за беляшами была длиннее, чем за готовой продукцией! 
Сама Расима Бастамовна — это отдельная история. Уроженка Абсалямово, в школу она ходила пешком (в прямом смысле) в Московку, потому что там была русская школа. Родители хотели, чтобы у девочки были все возможности. А знание русского языка давало больше шансов при трудоустройстве. Кстати, воспитывали ее бабушка Катифа и дедушка Усман-бабай. Они и вправду заменили ей мать с отцом. Про Усмана-бабая мы уже как-то писали на страницах нашей газеты. Он был... незрячим. Но какой находчивый человек! Состоял в обществе слепых в Бугульме. В колхозе, понятное дело, не трудился. Но входил в состав артели, действовавшей при ютазинском райпотребсоюзе. Сдавал рыбу и ягоды, а еще — внимание! — организовал собственную «паромную переправу» через реку Ик. Как незрячий человек управлял лодкой? Просто протянул проволоку от берега к берегу — и вперед! Цена проезда — 5 копеек с пассажира. Вот вам и «самозанятость» по-советски, с трудовой копейкой и характером. При этом Усман-бабай и Катифа-эби содержали коров, огород, и главное — воспитали внучку как родную дочь. Расима-ханум с мужем Муниром по сей день приезжают из благоустроенной квартиры в Уруссу в это, скажем так, родовое поместье. Насколько позволяют силы, ухаживают за садом-огородом, не давая зарасти травой землю, крапленую потом родных сердцу людей. Чета Камалутдиновых считает, что эту землю нельзя предать и бросить, потому что за ней стоит память ушедших. Это не собственность, это наследие. Как, собственно, нельзя предать забвению трудовые порывы легендарных в прошлом предприятий района. А что касается, той самой былой переправы, то вот она, река Ик, — прямо за их огородом. Эти берега помнят лодку Усмана-бабая, а также абсалямовскую ребятню, что росла и крепла в естественной среде обитания — в живописнейшей местности края. И Московка соседней республики хорошо просматривается, как на ладони... Расима-ханум состоялась не только в профессии бухгалтера, но и в семейной жизни. Их совместной с мужем жизни — порядка 60 лет. Он родом из Каракашлов, работал водителем АТХ. Камалутдиновы вырастили трех дочерей, радуются успехам внуков.
А ДОК? Его уже нет. Но есть ветераны, которые не дают ему умереть окончательно. Комбинат продолжает жить в их памяти. Для многих ныне здравствующих доковских работников территория комбината являет собой не просто землю и здания, а представляет собой некую сакральную ценность, пропитанную историей, летописцами которой они сами и были. В месяц славного юбилея ДОКа наверняка представители старой гвардии пьют чай с теми самыми беляшами (пусть уже домашними) и поздравляют друг друга. Знаете, 80 лет — это возраст мудрости. И пусть комбинат давно упразднен, но эстафета трудового порыва передалась современному поколению уруссинцев. И когда мы вспоминаем прошлое, мы не имеем ввиду, что «раньше было лучше». Нет, раньше было просто по-другому. В чем-то тяжелее, чем сегодня, где-то вкуснее и душевнее. Но точно одно — несмотря ни на что, у представителей старшего поколения получалось жить с неким огоньком в сердце. Оттого и свет хранителей истории родных предприятий района не гаснет. А сегодня? А сегодня на территории промпарка «Уруссу» рождается новая история. Мы в нее верим. И даже если беляшей там пока не продают — мы подождем. Как говорится, «не надо, ребята, о песне тужить: новые песни придумает жизнь».